![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.1){kind=small}
get louder
Когда-то спасала музыка, но сейчас она стала коммерчески равнодушной, декоративной, предельно важной и оттого отталкивающей и чужой. Когда-то и наркотики были выходом, и мы курили какую-то гадость, которую доставала Ксюша у своего соседа с нижнего этажа. А потом бормотали друг другу заученности, выковыривали из себя недоношенные мысли, дрались словами и переубеждали друг друга. Хотя нередко теми вечерами, которые растягивались ломкой патокой в утра, нас объединяла лелеемая нелюбовь к людям. У нас как будто бы был свой мир, а у всех остальных – что-то наподобие его, изнанка, противоестественное пространство, оттого и люди все казались врагами.
Люди скучны, всегда убедительно говорила мне Ксюша, но я никогда и не сопротивлялся. Переспавшая с сотней парней и мужчин, сменившая десяток офисов и четыре города, наебавшая своими рекламными кампаниями тысячи, а может, и миллионы потребителей, она знала толк в людях, точнее знала, что толка в них нет. Люди пусты, как заброшенные здания, которых облюбовали бомжи, собаки и привидения. Люди ограничены, зациклены, эгоистичны, заняты офисными глупостями, а их мозг повернут на деньгах и сексе, говорила мне Ксюша. И это ненависть к обобщенному человечеству, взращенная неудачными отношениями, разочарованием в конкретных персонажах и завышенной самооценкой, однажды стала основной ее чертой. И характера, и внешности. Милая улыбка превратилась в оскал промышленной мясорубки (той, которая размалывают туши жирафов и слонов за несколько минут), внимательный взгляд стал зорким прищуром хищника-отшельника, нос и подбородок еще более заострились. Она стала похожа на молодую Шапокляк в бирюзовом платье от DVF. Такой я ее и запомнил, когда мы встретились в питерском коктейль-баре, точнее я обновил ее образ у себя в голове.
И когда она в очередном припадке нелюбви звонила мне со словами «да ты знаешь…», я представлял ее именно такой – сучкой с сумочкой, готовой сорваться на убийство жителей целого микрорайона, не щадя детей, домашних животных и аристократического вида пенсионеров с проседью в волосах и подмышках. «Да ты знаешь…» - я всегда знал, с чего она начнет и чем закончит.
А теперь я помню, что многие наши разговоры касались этой дурацкой темы про значимость, цельность и важность отдельного человека. И только благодаря ей, заставлявшей меня сомневаться в общепринятых позициях и гуманистических идеях, я пришел к убеждениям, что все это ложь – значимость, цельность и важность.
Люди скучны. Но в силу каких-то непонятных сил и как будто бы в отмщение установленному закону неинтересности Вселенная дает возможность вырваться из этой тоски и заложенной никчемности. Но временно. Будет только период, когда ты полностью раскроешься. А потом затухнешь. Будет только один период, когда ты будешь летать. А потом свалишься, как вышедший из строя спутник.
Главное не пропустить то время. Записать его, чтобы потом перечитывать, хвалить себя и гордиться. И ненавидеть - за то, что ты сейчас такое ничтожество. Включи музыку, она не спасет.
Люди скучны, всегда убедительно говорила мне Ксюша, но я никогда и не сопротивлялся. Переспавшая с сотней парней и мужчин, сменившая десяток офисов и четыре города, наебавшая своими рекламными кампаниями тысячи, а может, и миллионы потребителей, она знала толк в людях, точнее знала, что толка в них нет. Люди пусты, как заброшенные здания, которых облюбовали бомжи, собаки и привидения. Люди ограничены, зациклены, эгоистичны, заняты офисными глупостями, а их мозг повернут на деньгах и сексе, говорила мне Ксюша. И это ненависть к обобщенному человечеству, взращенная неудачными отношениями, разочарованием в конкретных персонажах и завышенной самооценкой, однажды стала основной ее чертой. И характера, и внешности. Милая улыбка превратилась в оскал промышленной мясорубки (той, которая размалывают туши жирафов и слонов за несколько минут), внимательный взгляд стал зорким прищуром хищника-отшельника, нос и подбородок еще более заострились. Она стала похожа на молодую Шапокляк в бирюзовом платье от DVF. Такой я ее и запомнил, когда мы встретились в питерском коктейль-баре, точнее я обновил ее образ у себя в голове.
И когда она в очередном припадке нелюбви звонила мне со словами «да ты знаешь…», я представлял ее именно такой – сучкой с сумочкой, готовой сорваться на убийство жителей целого микрорайона, не щадя детей, домашних животных и аристократического вида пенсионеров с проседью в волосах и подмышках. «Да ты знаешь…» - я всегда знал, с чего она начнет и чем закончит.
А теперь я помню, что многие наши разговоры касались этой дурацкой темы про значимость, цельность и важность отдельного человека. И только благодаря ей, заставлявшей меня сомневаться в общепринятых позициях и гуманистических идеях, я пришел к убеждениям, что все это ложь – значимость, цельность и важность.
Люди скучны. Но в силу каких-то непонятных сил и как будто бы в отмщение установленному закону неинтересности Вселенная дает возможность вырваться из этой тоски и заложенной никчемности. Но временно. Будет только период, когда ты полностью раскроешься. А потом затухнешь. Будет только один период, когда ты будешь летать. А потом свалишься, как вышедший из строя спутник.
Главное не пропустить то время. Записать его, чтобы потом перечитывать, хвалить себя и гордиться. И ненавидеть - за то, что ты сейчас такое ничтожество. Включи музыку, она не спасет.
